Вести Экономика ― 10 лет сговора G7: пузыри активов и бесконечное QE

e8c902c43f580901576a0350be807f7a

Add to Flipboard Magazine.

01.09.2017 07:32

  • Цeнтрaльныe бaнки стрaн G7 ужe 10 лeт вливaют в экoнoмику oгрoмныe oбъeмы дeнeг
  • Нeэффeктивнaя пoлитикa рeгулятoрoв сoздaлa пузыри в мирoвoй экoнoмикe
  • И oткaзывaться oт свoиx плaнoв oни нe сoбирaются

Мoсквa, 1 сeнтября — «Вeсти.Экoнoмикa». С кoнцa 2007 г. ФРС вступилa в мaсштaбный, беспрецедентный и достаточно неэффективный сговор с другими центробанками G7 для выпуска огромных объемов денег. Усилия центробанков по обеспечению ликвидностью частной банковской системы прошли на фоне бесчисленных грандиозных фраз, таких как «неограниченный» и «необходимо во что бы то ни стало».

Главы центробанков играли в игру без определенных целей, временных рамок и без реального итога в обозримом будущем.

Этот эксперимент превратился в нечто, что не смог бы реализовать даже доктор Франкенштейн. Доверие к ФРС и доллару США (как и к другим крупным центробанкам во всем мире) значительно упало, и хотя центробанки тактично признали, что их схема создания денег оказалась перебором, об этом не говорится ни в одном официальном заявлении, пишет Номи Принс, американский журналист и экономист, работавшая в Goldman Sachs, Bear Stearns, Lehman Brothers и Chase Manhattan Bank.

31 июля 2017 г. заместитель председателя ФРС Стэнли Фишер выступил с речью в Рио-де-Жанейро, Бразилия, обратив внимание на феномен низких процентных ставок по всему миру.

Фишер признал, что «последствия количественного смягчения в США и за рубежом» снижают ставки. Он также заявил, что сохраняется «повышенный спрос на безопасные активы, влияющие на доходность по государственным ценным бумагам в развитых экономиках».

Фишер имел в виду, что инвесторы понимают, что низкие ставки с 2008 г. подпитывают не реальный рост, а пузыри активов.

Помните, что Фишер — человек № 2 в ФРС. Он также был профессором бывшего председателя ФРС Бена Бернанке и нынешнего президента ЕЦБ Марио Драги. Оба считают его важным фактором в своих экономических перспективах.

Большая тройка центробанков — ФРС, ЕЦБ и Банк Японии — в совокупности сохраняли нулевые процентные ставки с момента начала мирового финансового кризиса. В течение почти десятилетия центробанки влили около десятков триллионов долларов, чтобы сделать это.

Инфографика

ЕЦБ, ФРС США, Банк Японии: балансы ключевых центробанков с июня 2004 г.

У них есть пузыри. Они накопили активы на своих балансах на сумму почти $14 трлн. Это деньги, которые не служат реальной экономике – просто потому что они заблокированы.

В своей речи Фишер бросает вызов Бернанке, Йеллен и другим крупным руководителям центробанков, которые, рассуждавшие изначально с таким энтузиазмом о возможностях, позже намекали, что низкие ставки и массовые покупки активов и/или проведение программ в одиночку недостаточны, чтобы стимулировать экономический рост – что вызывает вопрос, почему они продолжаются до сих пор.

Так как эта политика была распространена ФРС, Фишер, по сути, признал, что ФРС создала почву для низких процентных ставок во всем мире, не достигнув обещанного роста.

После десятилетия неудачных политических экспериментов почему мы должны верить, что ФРС — или любой другой центробанк — имеет какое-то представление о том, что делать дальше? Ответ прост: не должны.

Как Фишер заявил Financial Times 15 августа 2017 г.: «Потребовалось почти 80 лет после 1930 года, чтобы получить еще один финансовый кризис, который мог быть такого масштаба. И вот уже через 10 лет все хотят вернуть статус-кво перед великим финансовым кризисом. И я считаю это чрезвычайно опасной и недальновидной политикой. Можно понять политическую динамику этого, но нельзя понять, почему взрослые умные люди пришли к выводу, что необходимо избавиться от всех вещей, которые созданы в последние 10 лет».

Со времени мирового финансового кризиса крупнейшим победителем G7 стала «Большая шестерка» банков США, выигравшая от доступа к дешевым деньгам. Они выиграли от покупки центробанками своих ценных бумаг, которые преувеличивали стоимость оставшихся ценных бумаг на их балансах. Они использовали «печатные» или электронные деньги, чтобы накапливать наличные и финансировать выкуп своих собственных акций и выплачивать дивиденды по этим акциям.

Создавая и распределяя искусственные деньги, главы центробанков искажали реальность на мировых рынках. И многонациональные банки были соучастниками этого маневра.

После того как банки «Большой шестерки» прошли последний раунд стресс-тестов, они начали покупать еще больше своих акций. Этот шаг еще больше повысил цены на акции. Крупнейший американский банк JP Morgan Chase объявил о своей самой амбициозной программе по выкупу собственных акций после кризиса 2008 г. – на $19,4 млрд. Citigroup последовал этому примеру с планом покупки в размере $15,6 млрд.

Шаг ФРС был просто еще одной версией количественного смягчения (QE) для банков. Вместо того чтобы покупать облигации через программы QE, ФРС дала банкам зеленый свет на дальнейшую спекуляцию своими собственными акциями, создав еще больше искусственности на уровне фондового рынка. Американские банки раскрыли планы выкупа собственных акций на сумму $92,8 млрд. Это было связано с существующей тенденцией.

Согласно индексам S&P и Dow Jones «выкуп акций финансовыми компаниями S&P 500 вырос на 10,2% в I квартале 2017 г. и составил 22,2% от всех выкупов».

Более зловещим стал еще один признак того, что десятилетний сговор помог тем же банкам, которые вызвали последний кризис. Доказательство появилось в форме письма в Банковский комитет Сената США от Томаса Хенига, заместителя председателя Федеральной корпорации по страхованию вкладов США, правительственного агентства, ответственного за гарантирование вкладов людей.

Он написал, что в 2017 г. банки США использовали 99% своего чистого дохода для покупки собственных акций и выплаты дивидендов акционерам (включая самих себя).

Таким образом, они легально манипулируют рынками, повышая цены на акции дешевыми деньгами, которые им предоставляет центробанк, который должен их регулировать.

По состоянию на этот год уровень мирового долга составлял 325% от ВВП, или около $217 трлн. Активы в размере $14 трлн, которые центробанки G3 держали на своих балансах, равны 17% от мирового ВВП. ЕЦБ, Банк Японии и Банк Англии по-прежнему покупают активы в размере $200 млрд в месяц.

Инфографика

Историческая динамика частного долга к ВВП США

Вслед за этой покупкой криптовалюты и твердые активы, такие как золото, не связанные с основной денежной системой G7, стали все более привлекательными из опасений, что в ходе другого крупного спада или кризиса центробанки и частные банки вернут наличность и ликвидность своих клиентов.

В этом случае банки будут защищать себя и снова обратятся к правительствам и центробанкам. При отсутствие какого-либо внешнего контрольного центра центробанка, например современного золотого стандарта или использования контрольных показателей валютной корзины, таких как специальные права заимствования МВФ (SDR), будут продолжаться валютные войны.

Когда в некоторых странах ставки колеблются между нулевыми и отрицательными показателями, маневрирования в условиях еще одного кризиса не будет. Таким образом, стало еще более очевидным: центробанки продемонстрировали грубую небрежность в отношении последствий их мошеннических действий.

Если бы ставки были выше в США, то и расходы на обслуживание этого долга были бы выше. Это повредило бы компаниям внутри страны и за рубежом, вызвало бы больше дефолтов и спешку со стороны банков, связанных с деривативами, связанными с этим долгом, заставив создать еще больше «токсичных» активов. Снова проявится порочный цикл бэйлаута центробанка.

Вкладчики и пенсионеры почти не интересуются своими сбережениями. Вкладчики платят банкам за хранение своих денег за счет сборов, которые компенсируют незначительные проценты. Малым предприятиям приходится прыгать через обруч, чтобы получить кредиты в целях расширения. Заработная плата находится в застое.

В конечном итоге крупные банки играли с системой — и нами — на этот раз с центробанками, помогающими их финансировать. Надвигается угроза еще более крупного обвала, так как фондовые рынки и глобальный долг поднялись еще выше.

Когда мы приближаемся к девятой годовщине краха Lehman Brothers и 10-летия начала сговора центробанка в условиях финансового кризиса, в денежной политике центробанков G7 не произошло никаких изменений.

Джанет Йеллен использовала то, что может стать ее последней попыткой искусно создать свое наследие в качестве потенциального кандидата в члены ФРС, а нынешний глава Национального экономического совета Трампа Гэри Кон ждет возможного поворота.

Говоря о кредитно-денежной политике в основном лагере центробанка, Йеллен заявила, что любой набор мер по реформе системы регулирования для банков должен быть «скромным». Она сказала: «Данные показывают, что реформы, проведенные после кризиса, сделали финансовую систему намного более безопасной». И при этом не было упоминания о беспрецедентном десятилетии легких денег.

На фоне всех дешевых денежных средств, предлагаемых за счет налогоплательщиков, которые возьмут на себя бремя связанного с этим долга, платить должны будут обычные граждане. В эпоху выкупа денег и сговора с денежно-кредитной политикой десятилетие продолжающейся «чрезвычайной» процедуры наводит на мысль о возможной катастрофе.

Большие банки США сейчас больше, чем до кризиса. Они, помимо прочего, плавают на спасательном плоту активов ФРС в размере $4,5 трлн в рамках общего объема активов центробанков G7 стоимостью $14 трлн. Речь Йеллен была кодом для сохранения статус-кво и высокой гибкости центробанка. Кон по этому вопросу придерживается той же точки зрения. Как и Трамп. И Обама.

А теперь возьмем совокупность всего этого. И с чем мы останемся? Продолжающийся сговор центробанков G7, нулевые процентные ставки по всему миру, неограниченный потенциал QE и пузыри активов.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.